Вторник, 25.07.2017, 15:52 | RSS |

Казачий сход

Старая форма входа
Наш опрос
Вы казак?
Всего ответов: 1049
Статистика
реклама в интернете, контекстная реклама
Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0
НАШИ ПАРТНЁРЫ
Казачья застава Станица Букановская
Календарь
«  Октябрь 2016  »
ПнВтСрЧтПтСбВс
     12
3456789
10111213141516
17181920212223
24252627282930
31
Сайт Казачий сход



Главная » 2016 » Октябрь » 15 » Проблемы обстоятельства необходимой обороны Олега Шишова или каждого из нас?
12:44
Проблемы обстоятельства необходимой обороны Олега Шишова или каждого из нас?
Ещё раз о групповом вооружённом нападении на оренбургского казака Олега Шишова и реагировании со стороны правоохранительной системы


3 сентября 2016 г. в г. Екатеринбурге произошло событие, которое откликнулось резонансом у большинства россиян, в особенности, казаков. В этот день на казака Олега Шишова и двух его друзей произошло вооружённое нападение группы вооружённых молодых парней крепкого телосложения (по разным сведениям в количестве от 19 до 30 человек) во главе с Дмитрием Оглы (по сведениям прессы был представлен как сын цыганского наркобарона), которые начали ломиться в ворота дома Олега Шишова, затем наносить удары и стрелять по казакам. Те стали обороняться от нападающих и открыли встречный огонь. По сведениям СМИ, два человека было убито, а восемь – ранено. Тем не менее, при явных обстоятельствах необходимой обороны (к тому же и в настоящее время сложно говорить об утрате опасности в отношении Олега Шишова и его друзей (Бутов, Дутов)), возбуждают уголовное дело в отношении Олега Шишова и определяют ему меру процессуального пресечения в виде подписки о невыезде параллельно с розыском нападавших.
Действия по представлению положительной характеристики Олегу Шишову и его друзьям ничего принципиально не меняют в характере возбуждённого уголовного судопроизводства, поскольку он имеет обвинительную направленность, а самая положительная характеристики судом может быть фактически проигнорирована полностью, поскольку в законе и для судов нет конкретного критерия учёта её при назначении уголовного наказания.
Такое отношение правоприменителя к исполнению конституционной нормы о презумпции невиновности, уголовного и уголовно-процессуального закона побудило меня опубликовать статью на нашем сайте статью "Проблема Олега Шишова или каждого из нас", а затем обратиться к прокурору Свердловской области, руководителю Следственного Управления Следственного комитете по Свердловской области и к Верховному Главнокомандующему, Президенту России с обращениями, в которых ставился вопрос о законности избрания меры пресечения в виде подписки о невыезде в отношении Олега Шишова при явных обстоятельствах необходимой обороны (тем более, что состояние опасности наблюдается и в настоящее время) – тексты обращений и два ответа на них прилагаются.
Из СУ СК России по Свердловской области пришёл ответ, в котором сказано, что сотрудники СК "не обязаны давать какие-либо объяснения по существу находящихся в их производстве дел и материалов". А из письма Генеральной прокуратуры (видимо письме было переправлено из Администрации Президента) следует, что расследование уголовного дела "о происшедших 03.09.2016 г. в г. Екатеринбурге массовых беспорядков" контролируется Генеральной прокуратурой. Прокурор Свердловской области пока не ответил.
Вместе с тем, из обоих ответов следует, что на поставленный перед ними вопрос о законности избрания меры пресечения в отношении Олега Шишова ответ не был дан. Никто у следователей и не спрашивал их "секретных" обстоятельств расследования данного дела. Я спрашивал, почему в условиях явного вооружённого нападения крепких молодых вооружённых лиц спортивного телосложения, которые подъехали к дому Шишова на 8 инормарках и открыли огонь по Шишову и его друзья, в отношении защищавшихся была избрана мера пресечения. В присланных ответах наблюдаются спекулятивные умозаключения и подмена тезисов, когда вместо ответа на один вопрос отвечают по другому, который в принципе не задавался.
На месте Олега Шишова и его представителей следует ставить вопрос о незаконности избрания меры пресечения и возбуждения уголовного дела в отношении защищающихся.

Атаман Оренбургского отдела СКВРиЗ,
кандидат юридических наук, есаул И. А. Петин

15.10.2016 г.



Прокурору Свердловской области
Прокурору Свердловской области
государственному советнику юстиции 2 класса
Сергею Алексеевичу Охлопкову


обращение по соблюдению закона
в отношении казака Олега Шишова


Уважаемый Сергей Алексеевич!


Просим Вам проверить на соответствии Конституции России и федеральному уголовному и уголовно-процессуальному законам действия сотрудников Следственного Управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области в отношении казака Олега Шишова и его двух друзей (Александра Дутова и Алексея Бутова), на которых 3 сентября 2016 года было совершено вооружённое нападение нескольких десятков молодых крепких парней, приехавших к дому Шишова.

В соответствии с ч. 1 ст. 1 УПК РФ "Порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается настоящим Кодексом, основанным на Конституции Российской Федерации". В ст. 3 Конституции России определено, что "Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является её многонациональный народ (ч. 1). Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления (ч. 2)". В ст. 18 Конституции России указано, что "Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием".

Статья 25 Конституции России гарантирует гражданам неприкосновенность жилища, а ст. 45 – дополнительно гарантирует государственную защиту прав и свобод человека и гражданина. В ст. 52 Конституции России предусмотрено, что права потерпевших от преступлений и злоупотребления властью охраняются законом.

В Уголовном кодексе России существует глава 8, которая предусматривает обстоятельства, исключающие преступность деяний, поскольку они признаются социально полезным поведением. Одним из таких обстоятельств является состояние необходимой обороны (ст. 37). В ч. 1 ст. 37 УК РФ указано, что "Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия".

Другими словами, согласно закону, не только при нападении с насилием, опасным для жизни обороняющегося, но и лишь при угрозе применения такого насилия, у лица, на которое нападают, согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ возникает право причинить посягающему любой вред, включая лишение его жизни.

В связи с этим, возникает ряд вопросов, связанных именно с законностью действий сотрудников следственных органов по обстоятельствам резонансного дела, связанным с Олегом Шишовым и группой вооружённых лиц во главе с Дмитрием Оглы, которое произошло 3 сентября 2016 года.

Фабула дела хорошо освещена средствами массовой информации, и это сложно изменить при всём желании. К дому Олега Шишова подъехали на 8 иномарках группа вооружённых молодых парней крепкого телосложения (по разным сведениям в количестве от 19 до 30 человек) во главе с Дмитрием Оглы, которые начали ломиться в ворота дома Олега Шишова. Накануне между Олегом и Дмитрием был конфликт, а от последнего была угроза разобраться с Олегом. Когда Олег Шишов и двое его друзей вышли из ворот, на них напали вооружённые молодчики (о чём свидетельствуют телесные повреждения у Шишова, Дутова и Бутова) и началась стрельба с обеих сторон.

Нас, казаков, являющихся одной из национальностей России, которые по Конституции России, являются единственным источником власти (наряду с другими национальностями) и могут осуществлять свою власть непосредственно (ч. 1 и 2 ст. 3 Конституции России), интересуют ответы на возникающие в связи с фактическими обстоятельствами данного дела вопросы:

1.​ Со стороны Шишова было три человека, и они вышли из ворот его дома, а с другой стороны – от 19 до 30 вооружённых и крепких молодых лиц, которые приехали к этому дому на 8 иномарках. Факт обоюдной стрельбы не отрицается. Но возникает вопрос – кто из них является нападающей стороной, а кто – защищающейся? Неужто сотрудники Следственного комитета не могут дать ответ на этот вопрос до окончания уголовного судопроизводства? При этом следует учесть, что на лицах либо телах Шишова и двух его друзей имеются явные телесные повреждения, а то и следы от пуль, что говорит о том, что стрельбу они открывали не первыми.

2.​ Или может сотрудники СК полагают, что Шишов и двое его друзей около ворот своего дома сами совершили нападение на "случайно" оказавшихся около них около 30 вооружённых молодых парней, проезжавших мимо дома Шишова? Или кто-то посчитал, что эта вооружённая группа приехала для мирных переговоров?

3.​ Может ли существовать в данной ситуации какой-либо разумный аргумент в пользу, что Шишов и два его друга напали на 30 вооружённых людей, приехавших к его дому, якобы, с мыслями о "мире" и "дружбе"?

4.​ Если такого аргумента нет, тогда почему к Олегу Шишову применяют такую меру процессуального принуждения как подписка о невыезде, которая согласно ст. 97 УПК РФ применяется к обвиняемому или подозреваемому, но никак не к потерпевшему или обороняющемуся?

5.​ Очень интересно узнать ответ на вопрос, касающийся применения ч. 1 ст. 37 УК РФ и вытекающий из его положений: разве при отражении нападения, связанного с насилием, опасным для жизни обороняющегося, последний в целях обороны, не имеет право лишить жизни нападающего в момент преступного посягательства?

6.​ Если не имеет такого права, то тогда какая разница между ч. 1 и ч. 2 ст. 37 УК РФ, в которой регулируется ситуация необходимой обороны, если насилие является неопасным для жизни обороняющегося? (при этом уголовно ненаказуемо является поведение, если оно явно не превышает пределы необходимой обороны. Такая оговорка в ч. 1 ст. 37 УК РФ отсутствует, что предоставляет обороняющемуся причинять любой вред, если к нему применяется насилие, опасное для жизни).

7.​ Почему в СМИ, по телевидению по отношению к Олегу Шишову применяются такие ярлыки, как "убийство", "покушение на убийство", "двойное убийство", "расстрел", а не защита от нападения, преступного посягательства, хотя такой вывод может делать только суд на основании исследования обстоятельств дела. Такая информация направлена на формирование общественного мнения и оказания психологического давления на правоохранительные и судебные органы. Применялись ли какие меры воздействия к подобным органам СМИ?


Руководителю Следственного управления СК РФ по Свердловской области
Руководителю Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области
генерал-лейтенанту юстиции Валерию Юрьевичу Задорину


обращение по соблюдению закона
в отношении казака Олега Шишова


Уважаемый Валерий Юрьевич!


В соответствии с ч. 1 ст. 1 УПК РФ "Порядок уголовного судопроизводства на территории Российской Федерации устанавливается настоящим Кодексом, основанным на Конституции Российской Федерации". В ст. 3 Конституции России определено, что "Носителем суверенитета и единственным источником власти в Российской Федерации является её многонациональный народ (ч. 1). Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления (ч. 2)". В ст. 18 Конституции России указано, что "Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием".

Статья 25 Конституции России гарантирует гражданам неприкосновенность жилища, а ст. 45 – дополнительно гарантирует государственную защиту прав и свобод человека и гражданина. В ст. 52 Конституции России предусмотрено, что права потерпевших от преступлений и злоупотребления властью охраняются законом.

В Уголовном кодексе России существует глава 8, которая предусматривает обстоятельства, исключающие преступность деяний, поскольку они признаются социально полезным поведением. Одним из таких обстоятельств является состояние необходимой обороны (ст. 37). В ч. 1 ст. 37 УК РФ указано, что "Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия".

Другими словами, согласно закону, не только при нападении с насилием, опасным для жизни обороняющегося, но и лишь при угрозе применения такого насилия, у лица, на которое нападают, согласно ч. 1 ст. 37 УК РФ возникает право причинить посягающему любой вред, включая лишение его жизни.

В связи с этим, возникает ряд вопросов, связанных с действиями следственных органов по обстоятельствам резонансного дела, связанным с Олегом Шишовым и группой вооружённых лиц во главе с Дмитрием Оглы, которое произошло 3 сентября 2016 года.

Фабула дела хорошо освещена средствами массовой информации, и это сложно изменить при всём желании. К дому Олега Шишова подъехали на 8 иномарках группа вооружённых молодых парней крепкого телосложения (по разным сведениям в количестве от 19 до 30 человек) во главе с Дмитрием Оглы, которые начали ломиться в ворота дома Олега Шишова. Накануне между Олегом и Дмитрием был конфликт, а от последнего была угроза разобраться с Олегом. Когда Олег Шишов и двое его друзей вышли из ворот, на них напали вооружённые молодчики (о чём свидетельствуют телесные повреждения у Шишова, Дутова и Бутова) и началась стрельба с обеих сторон.

Мы, казаки, являющиеся одной из национальностей России, которые по Конституции России, являются единственным источником власти (наряду с другими национальностями) и могут осуществлять свою власть непосредственно (ч. 1 и 2 ст. 3 Конституции России), спрашиваем у Вас как руководителя Следственного управления Следственного комитета России по Свердловской области, который по статусу должен отвечать за то, что происходит в его ведомстве, ответы на возникающие в связи с фактическими обстоятельствами данного дела вопросы:

1.​ Со стороны Шишова было три человека, и они вышли из ворот его дома, а с другой стороны – от 19 до 30 вооружённых и крепких молодых лиц, которые приехали к этому дому на 8 иномарках. Факт обоюдной стрельбы не отрицается. Но возникает вопрос – кто из них является нападающей стороной, а кто – защищающейся? Неужто Ваши сотрудники не могут дать ответ на этот вопрос до окончания уголовного судопроизводства? При этом следует учесть, что на лицах либо телах Шишова и двух его друзей имеются явные телесные повреждения, а то и следы от пуль, что говорит о том, что стрельбу они открывали не первыми.

2.​ Или может быть Ваши сотрудники полагают, что Шишов и двое его друзей около ворот своего дома сами совершили нападение на "случайно" оказавшихся около них около 30 вооружённых молодых парней, проезжавших мимо дома Шишова? Или кто-то посчитал, что эта вооружённая группа приехала для мирных переговоров?

3.​ Может ли существовать в данной ситуации какой-либо разумный аргумент в пользу, что Шишов и два его друга напали на 30 вооружённых людей, приехавших к его дому, якобы, с мыслями о "мире" и "дружбе"?

4.​ Если такого аргумента нет, тогда почему к Олегу Шишову применяют такую меру процессуального принуждения как подписка о невыезде, которая согласно ст. 97 УПК РФ применяется к обвиняемому или подозреваемому, но никак не к потерпевшему или обороняющемуся?

5.​ Очень интересно узнать ответ на вопрос, касающийся применения ч. 1 ст. 37 УК РФ и вытекающий из его положений: Вы считаете, что при отражении нападения, связанного с насилием, опасным для жизни обороняющегося, последний в целях обороны, не имеет право лишить жизни нападающего в момент преступного посягательства?

6.​ Если не имеет такого права, то тогда какая разница между ч. 1 и ч. 2 ст. 37 УК РФ, в которой регулируется ситуация необходимой обороны, если насилие является неопасным для жизни обороняющегося? (при этом уголовно ненаказуемо является поведение, если оно явно не превышает пределы необходимой обороны. Такая оговорка в ч. 1 ст. 37 УК РФ отсутствует, что предоставляет обороняющемуся причинять любой вред, если к нему применяется насилие, опасное для жизни).

7.​ Почему в СМИ, по телевидению по отношению к Олегу Шишову применяются такие ярлыки, как "убийство", "покушение на убийство", "двойное убийство", "расстрел", а не защита от нападения, преступного посягательства, хотя такой вывод может делать только суд на основании исследования обстоятельств дела. Такая информация направлена на формирование общественного мнения и оказания психологического давления на правоохранительные и судебные органы. Применялись ли какие меры воздействия к подобным органам СМИ?

8.​ Знают ли Ваши сотрудники об уголовной ответственности за привлечение заведомо невиновного к уголовной ответственности, соединённое с обвинением лица в совершении тяжкого или особо тяжкого преступления (ч. 2 ст. 299 УК РФ) или они надеются доказать "любым" путём умысел Шишова, Дутова и Бутова на "убийство" двух лиц из напавшей на них вооружённой группировки в 30 человек?

И. о. Атамана Оренбургского отдела
СКВРиЗ, есаул, кандидат юридических наук И. А. Петин



В.В. Путину
Президенту России,
Верховному Главнокомандующему РФ
В.В. Путину


Уважаемый Владимир Владимирович!

Обращаемся к Вам как к Главе Государства Российского (ч. 1 ст. 80 Конституции России), как к гаранту Конституции России, прав и свобод человека и гражданина, который обеспечивает согласованное функционирование и взаимодействие органов государственной власти (ч. 2 ст. 80 Конституции России).

Статья 25 Конституции России гарантирует гражданам неприкосновенность жилища, а ст. 45 – дополнительно гарантирует государственную защиту прав и свобод человека и гражданина. В ст. 52 Конституции России предусмотрено, что права потерпевших от преступлений и злоупотребления властью охраняются законом.

В Уголовном кодексе России существует глава 8, которая предусматривает обстоятельства, исключающие преступность деяний, поскольку они признаются социально полезным поведением. Одним из таких обстоятельств является состояние необходимой обороны (ст. 37). В ч. 1 ст. 37 УК РФ указано, что "Не является преступлением причинение вреда посягающему лицу в состоянии необходимой обороны, то есть при защите личности и прав обороняющегося или других лиц, охраняемых законом интересов общества или государства от общественно опасного посягательства, если это посягательство было сопряжено с насилием, опасным для жизни обороняющегося или другого лица, либо с непосредственной угрозой применения такого насилия".

Однако сотрудники Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области почему-то считают возможным игнорировать положения ч. 1 ст. 37 УК России и избирают процессуальную меру принуждения в отношении Олега Шишова и двух его друзей, хотя именно в отношении них было совершено вооружённое нападение молодчиков, которое произошло 3 сентября 2016 года в г. Екатеринбурге.

Фабула дела хорошо освещена средствами массовой информации. К дому Олега Шишова подъехали на 8 иномарках группа вооружённых молодых парней крепкого телосложения (по разным сведениям в количестве от 19 до 30 человек) во главе с Дмитрием Оглы, которые начали ломиться в ворота дома Олега Шишова. Накануне между Олегом и Дмитрием был конфликт, а от последнего была угроза разобраться с Олегом. Когда Олег Шишов и двое его друзей вышли из ворот, на них напали вооружённые молодчики (о чём свидетельствуют телесные повреждения у Шишова, Дутова и Бутова) и началась стрельба с обеих сторон.

Нас, казаков, являющихся одной из национальностей России и её защитниками по призванию и духу, интересует вопрос: почему, если ч. 1 ст. 37 Уголовного кодекса предоставляет право обороняющему на причинение любого вреда нападающему с насилием, опасным для жизни обороняющегося или даже лишь с угрозой применения такого насилия (необходимая оборона является социально полезным поведением и обстоятельством, исключающим уголовную ответственность согласно главе 8 УК РФ), сотрудники Следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по Свердловской области применяют к обороняющимся трём человекам (Шишов, Дутов и Бутов) меры процессуального принуждения, в частности, в виде подписки о невыезде, которая согласно УПК РФ должна применяться к подозреваемым или обвиняемым?

Другими словами, хотелось бы определиться: в нашей стране принято защищать в первую очередь гарантированные Конституцией и законом права и свободы человека и гражданина, в частности, на необходимую оборону, либо она ограничивается препятствием на причинение любого вреда преступникам, посягающим на жизнь других лиц? Если да, то хотелось бы знать, где такое препятствие предусмотрено.

И. о. Атамана Оренбургского отдела
СКВРиЗ, есаул, кандидат юридических наук И. А. Петин
Категория: оренбургское казачество | Просмотров: 252 | Добавил: admin | Теги: прокуратуры, оренбургского казака, Олега Шишова, прокурор, Свердловской области, вооружённого нападения, уголовного дела, екатеринбурге | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Besucherzahler hot ukraine women
счетчик для сайта
Яндекс.Метрика Каталог webplus.info